Форум
Консультации

Здесь рассказывается о том, что такое психологическая помощь, какой она бывает и когда следует обращаться к специалистам.

О проекте «ПсиСтатус»

В этом разделе мы говорим о смысле и назначении проекта.

Контактная информация

Подробнее об авторах проекта. Адреса, телефоны, карта проезда.

Новая деонтология. Глава 7. Экзистенция его безумия

Фитцелем, и все напасти, преследующие его изо дня в день, исчезнут из больного бытия, ставшего единственно доступным местом обитания для его существа. Другого образа мышления, свободного от галлюцинаций и всепоглощающих страхов, отчаяния и горести, он не мог представить. «В нашем мире смешались все понятия, - считал Акерманн. - О чем ты думаешь, когда слышишь слово «естество»? Тебе мерещатся какие-то пресловутые «природные» инстинкты. И тут же всплывает понятие «свобода». Дать волю инстинктам, значит, освободиться от оков, что навязываются цивилизацией? От морали, допустим. Да нет же! Свобода заключена в духовности – свобода от бренного, которое только разжигает инстинкты и вожделение, и этим отдает свою жертву во власть им. Вопрос в том, кому служить: себе-духу или себе-плоти? Последняя ограничена, и граница ее – смерть. Ограничение есть признак несвободы. Посему, ответ очевиден. Не лучше ли следовать призывам, зовущим к тому, чтобы человечество приняло свое естественное состояние?» Дитрих заснул, размышляя в этом духе.

Когда настал новый день, он понял, что еще несколько ближайших часов будут наполнены томительным и вместе с тем восторженным предвкушением, похожим на ожидание ребенка, с нетерпением грезящего об очередном заранее обещанном подарке. Утром Пауль, молчаливый и задумчивый, принес завтрак, поговорил немного с Акерманном и ушел, заявив, что целые сутки посвятит изучению химии – он весьма интересовался природой закономерных явлений, которые ускользали от внимания многих людей, потому как разочаровался в науках умозрительных и отдался наукам естественным, имеющим своим объектом не «высшие материи духа», а вполне осязаемые, бренные тела. Светское знание все больше занимало человека, когда-то страстно мечтавшего в совершенстве постичь философию и богословие, но, конечно, в том объеме, насколько это возможно для субъекта вообще, да притом такого субъекта, отнюдь не славящегося феноменальными способностями, если только последние не касались плутоватого сочинительства, работающего исключительно во славу самого автора. Преходящий характер гибких склонностей своей души Пауль ненавидел, но все же не отказывался от возможности стать настоящим энциклопедистом. Обычно наука захватывала его  столь сильно, что он забывал о времени, просиживая в кабинете, окруженный книгами, чертежами, схемами. Так случилось и на сей раз – Габен с головой погрузился в штудирование одного из трудов знатока геометрии и отдал сему бесспорно благороднейшему занятию (что бы там ни говорили дворяне!) несколько суток подряд.

Потом был вечер. Пришла Иветта Штернхаген. Она не стыдилась своей привычки выдавать желаемое за действительное и когда Дитрих просил ее присесть рядом, ее воображение трактовало эту просьбу человека, предпочитавшего предоставлять гостям право самим выбирать тактику поведения, как стремление (ни больше, ни меньше) восстановить дружественные отношения с реальным миром, посему девушка с радостью откликнулась на его предложение, приблизившись сначала, а потом и вовсе устроившись на краю кровати. Акерманн полулежал, прислонившись спиной к стене. С минуту он не двигался, закрыв глаза и уже почти засыпая, но какое-то невнятно произнесенное слово, точнее звук, принудил его вопросительно взглянуть на Иветту.

-          Повторите, пожалуйста, я не расслышал.

Она смутилась, взяла его за руку и, быстро все поняв, сказала:

-          Быть может, мне стоит помолчать?

Эти слова убедили Дитриха в том, что женщина действительно обращалась к нему, а он не разобрал вопроса. Слуховые галлюцинации чаще преследовали его, когда он находился в полудремотном состоянии.

Далее происходило нечто совершенно удивительное.

-          Я так долго ходил и вот теперь нашел пристанище в руках, в твоих руках. Скажи мне это. Мне нужно пристанище, потому что мне безнадежно страшно, - быстро заговорил он. – Будь проклят тот день, когда я появился на свет. Что я принес? Одни страдания. Я так долго искал укрытия, но и это может быть обманом, потому что скоро ты уйдешь, ты оставишь меня одного с моей болью, с моим отчаянием и моими страхами. Мне нужна поддержка, а что я получаю? И хотя это все обманчиво… У меня такое сильное головокружение. Я чувствую, что творится в твоем сердце, а вдруг я нарушу невинность твоих помыслов, и ты оттолкнешь меня, как в тот раз, помнишь? А если ты станешь невыносимо страдать?.. Нет, не говори, я еще не настолько обезумел! Нет, если уж отпускать, то отпустите меня в мое прошлое, когда я еще не думал о смерти так часто и был счастлив. Когда я жил с матерью и учился мыслить, пока не поставил точку в своей жизни после слова «грех». Дальше ничего нет. Ничего! Поэтому я прошу, мог бы кто-нибудь вернуть меня назад, раз здесь мне нет прибежища и нет покоя? Действительность, обезображенное настоящее, нынешняя форма бытия моего рассудка – все пугает меня, но ведь я знаю, что и этот испуг при виде своего отражения в зеркале – вещь скоропреходящая. О, когда-то я был счастлив! Но время идет и вместе с ним все идет к своему логическому завершению. Недолго осталось.

-          Что, позвольте узнать.

-          Не долго осталось мне мудрствовать. Еще несколько дней… Но не будем об этом. Я вам скажу, здесь, у моря, я слышал это уже когда-то, знаете, такой характерный шум: статика и динамика объединились – и это помогало. Понимаете, для любого настроения: сознание мое менялось, но я находил успокоение в этом шуме, а сейчас, увы, его нет.

-          Господин Акерманн…

-          Да.

-          Я могу быть откровенна?

-          Почему нет? Конечно.

-          Я подумала, вам стоит уехать куда-нибудь отсюда. Но если и не уехать, то проводить время вне дома.

Дитрих печально усмехнулся:

-          Кто станет со мной заниматься? Да и к чему все это?

-          Я могла бы, - выдержав паузу, она сказала: – Вы говорили о море. Здесь, когда до него рукой подать, конечно, это просто. Я родилась и выросла в доме, окруженном сплошными лесами. Я полюбила лес.

-          Да, он наверно наводит вас и по сей день на мысли о прошлом, что было у вас в жизни.

-          Это так, но я уехала. Жила в Париже с его узкими городскими улочками и похожими друг на друга кварталами, теперь живу здесь…

-          Нам недостает прошлого, госпожа Иветта.

-          Просто мы с вами так и не стали взрослыми. Мы мечтатели, грезим о том, с чем следовало бы давно расстаться.

-          Мне так хорошо с вами. Я думал, что любовь мне противоестественна, я разучился даже уважать многих людей, а сейчас вдруг почувствовал, что наши суждения, столь похожие, делают нас ближе друг к другу. Вы никогда не задумывались о том, что причиной болезни может быть одиночество?

Подписка на рассылку

Статьи по психологии

Пациентам:

О нас

Особенностью нашего подхода и нашей идеологией является ориентация на реальную помощь человеку. Мы хотим помогать клиенту (пациенту) а не просто "консультировать", "проводить психоанализ" или "заниматься психотерапией".

Как известно, каждый специалист имеет за плечами потенциал профессиональных знаний, навыков и умений, в которые он верит сам и предлагает поверить своему клиенту. Иногда, к сожалению, этот потенциал становится для клиента "прокрустовым ложем" в котором он чувствует себя, со всеми своими особенностями и симптомами, не уместным, не понятым, не нужным. Клиент,  даже, может почувствовать себя лишним на приеме у специалиста, который слишком увлечен собой и своими представлениями. Оказывать психологическую помощь или предлагать "психологические услуги" - это совсем разные вещи >>>

Карта форума

Страницы: 1 2 3

Москва, Неглинная ул., 29/14 стр. 3

Тел.: +7 (925) 517-96-97

Написать письмо

2006—2018 © PsyStatus.ru

Использование материалов сайта | Сотрудничество и реклама на сайте | Библиотека | Форум

Rambler's Top100