Предыдущее посещение: Текущее время: 16 июл 2019, 13:15




Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: ОРАЛЬНАЯ ФАЗА ОРГАНИЗАЦИИ ЛИБИДО
СообщениеДобавлено: 02 май 2010, 16:04 
СуперАдминистратор
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 фев 2010, 14:29
Сообщения: 480
Откуда: Москва
Обратимся теперь к развитию либидо. Соответствующие стадии развития агрессии Фрейдом еще не рассматривались. Согласно Айке, в оральной фазе развивается «говорение "нет"» (Шпиц) и происходит занятие собственной территории, которое символизируется через откусывание. В анальной фазе происходит отделение от собственного продукта и формируется воля. В фаллическо-генитальной фазе человек обучается соперничеству, совершенствуется самосознание и усиливается агрессия, связанная с активной любовью. В дальнейшем развитие либидо будет рассмотрено только в том виде, в каком оно было известно при жизни Фрейда.

Развитие нормальной сексуальной жизни здорового человека проходит через множество стадий организации, которые плавно переходят друг в друга. Каждая стадия имеет свою особую форму, которая зависит от того, какая из групп парциальных влечений преобладает. Раннюю стадию организации либидо Фрейд назвал оральной фазой. Оральную фазу можно подразделить на предоральную и собственно оральную.

В момент рождения каждый ребенок отличается от другого. Это означает, что каждый ребенок получает свой набор генов и отличается от других своими биологическими и психическими задатками. Кроме того, он испытывает на себе влияние в период внутриутробного и перинатального развития. После рождения ребенок попадает в мир, от которого он полностью зависим. По Фрейду (1914b), речь идет о фазе первичного нарциссизма. И наоборот, согласно Балинту (Balint 1935, 1937, 1939), между матерью и ребенком исходно существуют симбиотические, или ди-адические (Simmel 1908; Spitz 1969), отношения. Шпиц считает, что в первые три недели жизни младенец находится на безобъектной стадии. Его мир характеризуется восприятием телесных раздражителей. Он не воспринимает внешний мир, только внутренний. Единственным аффектом, который можно наблюдать в это время, является неудовольствие. Между выражениями неудовольствия имеет место состояние покоя. Только спустя примерно неделю ребенок начинает реагировать на сигналы, восприятию которых способствует глубокая чувствительность!

Шпиц (Spitz 1969) сумел доказать, что до восьмой недели пища распознается только тогда, когда младенец испытывает голод, и что, когда ребенок разгневан, он не видит грудь. На третьем месяце, с первой улыбкой ребенка, начинается, согласно Шпицу, «объектная стадия». Это первый шаг к направленному восприятию внешнего мира и первый признак направленной вовне душевной деятельности. В предо-ральной фазе ребенок чутко реагирует на бессознательное поведение матери. При ненарушенных отношениях матери и ребенка у ребенка возникает доверие, он пребывает в хорошем настроении, удовлетворен и чувствует себя в безопасности. Нарушения в этой сфере наносят ущерб младенцу и приводят вскоре к тому, что, наталкиваясь на «враждебный мир» или встречаясь «с пустотой», он «втягивает обратно» свои первые «контактные щупы», подобно тому, как отдергивает псевдоподии амеба. Такая ранняя утрата объекта ребенком соответствует переживанию конца света психотиком. Согласно Эриксону (Erikson 1971), это время, когда у младенца развиваются базальное доверие или недоверие.

Фрейд (1905а) называет первую фазу развития ребенка полиморфно-первертированной, аутоэротической, нарциссической. Ференци (Ferenczi 1964) же говорит о следующих фазах, приходящих на смену друг другу: периоде безусловного всевластия, фазе магически-галлюцинаторного всевластия и фазе всевластия с помощью магических жестов. Он ввел понятие «пассивной любви». Этой пассивной любви Ференци противопоставляет активную любовь к объекту, не уточняя, приравнивает ли он пассивную любовь нарциссической. Тем не менее он отстаивает взгляд, что с самого начала существуют объектные отношения, которые характеризуется своей полной пассивностью.
Балинт (Balint, 1935) соглашается с формулировками Фрейда, замечая при этом, однако, что речь идет об описании, учитывающем исключительно сферу влечений. Ребенок нарциссичен, если его рассматривать с точки зрения испытания реальности. Либидинозно же он связан с внешним за ним уходом.

Балинт вводит понятие первичной любви, расширяя понятие Ференци пассивной любви. Она характеризуется следующей тенденцией: «Меня нужно любить всегда, везде, все мое тело, все мое Я, без всякой критики, без малейшего встречного движения с моей стороны» (Balint 1935, 60). Это полностью соответствует представлениям Ференци о всемогуществе. Только в том случае, если ребенку не предъявляют требований, он обращается к аутоэротике, которой прежде занимался невсерьез, и становится таким образом нарциссичным — потому это всегда следует рассматривать как вторичный нарциссизм. Балинт описывает отношения между матерью и ребенком как состояние, в котором один предоставлен другому, находится с ним в согласии и в котором оба создают себе возможность удовлетворения, не будучи обязанными считаться друг с другом. Удовлетворение либидо младенца является одновременно удовлетворением либидо матери. Для этого состояния он ввел понятие дуального единства. По мнению Балин-та (Balint 1935), предложенное Фрейдом деление на первичный и вторичный нарциссизм (Freud 1913, 1923а) является тем самым неверным: состояние в начале внеутробной жизни является состоянием первичной любви, то есть состоянием, с самого начала характеризующимся объектными отношениями, тогда как нарциссизм всегда возникает только вторично вследствие неудовлетворительных объектных отношений.

Мелани Кляйн (Klein 1962), прослеживающая развитие ребенка очень далеко, в качестве первой фазы описывает паранойяльно-шизоидную позицию, характерную для первого полугода жизни. Объектные отношения существуют с самого начала. Также и она является в этом ученицей Ференци. Первым объектом становится материнская грудь, которая подразделяется для ребенка на добрую — удовлетворяющую и злую — отказывающую. Такое раздвоение приводит к резкому разделению любви и ненависти. Благодаря проекции импульсы любви переносятся на добрую грудь, деструктивные побуждения — на злую. Вследствие интроекции обе запечатляются в Я.

В результате возникает страх перед внутренними и внешними преследователями, в первую очередь перед мстящей злой грудью, которая хочет проглотить ребенка. Здесь Мелани Кляйн следует работам другого ее учителя — Абрахама. Этой тенденции противостоит отношение ребенка к доброй груди. Она помогает ребенку преодолеть тоску по былому, утраченному состоянию, смягчает деструктивные импульсы и страх преследования и укрепляет доверие к доброму объекту. Благодаря процессу отрицания отказывающий объект переживается как уничтоженный и тем самым достигается удовлетворение и освобождение от страха преследования. Синтез чувства любви и деструктивных влечений приводит к депрессивной тревоге и чувству вины. Это является признаком роста и интеграции. С другой стороны, это позволяет посредством либидо ослабить деструктивные силы. Основным компонентом развития в этот период является механизм проективной идентификации.

Фрейд (1905а, 1923b) обнаружил, что ведущими эрогенными зонами на ранней ступени организации либидо в оральной фазе являются слизистая рта и кожа тела. Рот и кожа благодаря заботе матери приносят аутоэротическое удовольствие. При нарциссизме удовольствие может достигаться аутоэротически (например, сосание пальца). Винникотт объяснил это позже как обращение с переходным объектом.

В начале развития ребенок воспринимает себя психически идентичным с матерью. Следствием этого, по Фрейду (1905а), является то, что на этой ранней стадии развития у ребенка нет еще психического объекта. Контакты с окружающим миром (матерью) приносят, однако, наряду с аутоэротическим получением удовольствия также и новый опыт. Так, например, ребенок узнает, что не при каждом крике, то есть не при каждом выражении неудовольствия, его утешают. Ребенок усваивает, что его потребность и удовлетворение этой потребности не связаны жестко друг с другом. Ребенок приходит к первому различению субъекта от объекта. Если ребенок впервые достигает этого знания, оно переживается как отделение. Отныне ребенок пытается удержать при себе или завладеть материнским объектом, от которого он зависит. Для этого ему служат сосание и кусание, в том числе и собственных конечностей. Здесь проявляются две противоположных установки к объекту: во-первых, стремление удержать материнскую грудь, поскольку она приносит младенцу удовольствие (в этом стремлении просматриваются зачатки объектной любви); во-вторых, желание присвоить себе грудь, чтобы тем самым уже нельзя было бы ее потерять (Abraham 1969a, b). Следует подчеркнуть, что здесь имеется в виду деятельность воображения, а именно фантазии, которые в большинстве своем остаются бессознательными и могут быть обнаружены лишь путем анализа. Как показала М. Кляйн, это относится также и к детской терапии.

В меланхолии проявляются каннибальские черты, которые мы вновь встречаем в присущих оральности тенденциях поглощения. Эти тенденции тем выраженнее, чем сильнее были фрустрации в младенческом возрасте. Фрейд (1923а) говорит в этой связи о том, что каннибалы поедают своих жертв потому, что речь идет о врагах, которых они «так любят, что готовы съесть». Смысл поедания жертвы состоит как раз в том, что присвоить качества того, кто съедается. По этой причине Фрейд (1905а, 1923а) с подачи Абрахама назвал эту позднюю стадию развития либидо в оральной фазе каннибальской стадией.

Для младенца эта попытка присвоения материнской груди и тем самым матери представляет собой психическую реальность. Такая интроекция служит цели избавить ребенка от зависимости, сделать его внешне более самостоятельным. Однако это означает, что вследствие интроекции объект утрачивает самостоятельность. Либидинозный катексис материнской груди как первичного объекта прекращается, то есть в результате интроекции объект помещается в детское Я. Это означает, что до тех пор пока благодаря вновь возникающему чувству голода и следующему за ним успокоению существование объекта переживается с чувством удовольствия, в каннибальских тенденциях уничтожить самостоятельность объекта выражается нарциссическое либидо. Здесь проявляется амбивалентное разделение либидо на поздней стадии оральной фазы. В каннибальских тенденциях можно распознать деструктивное, враждебное к объекту побуждение. Из этого следует, что объектные отношения в оральной фазе характеризуются сосуществованием либидиноз-ных, дружественных и враждебных объекту, разрушительных тенденций, признаками орального садизма. Согласно Айке, именно в этих изученных Абрахамом ранних процессах душевного развития можно увидеть, что агрессивные напряжения, которые побуждают к обретению независимости, неизбежно превращаются в садизм, если отделение от материнской груди (или позднее от собственного продукта) не удается или, по выражению Биона, одиночество как жизнь без груди не может принести удовольствия, а вместо него остаются как раз интроекции и потребность в обладании материнской грудью (или собственными потребностями).

В амбивалентности между объектным либидо и нарциссизмом проявляется одновременно амбивалентность между либидо и агрессией. Это амбивалентное состояние приводит к возникновению конфликтов, связанных с появляющимися позднее чувствами вины. Оральное присвоение (интроекция) называется также первичной идентификацией. Фрейд (1923а) говорит о том, что идентификация является психическим эквивалентом оральной стадии развития либидо. Она является праобразом того, что позднее в ходе развития Я называют вторичной идентификацией.

Мелани Кляйн (Klein 1962) описывает для второй половины первого года жизни, возникающую, однако, примерно уже на 4-м месяце, детскую депрессивную позицию. В этом возрасте добавляются уретральные, анальные и генитальные черты (ранняя фаза эдипова комплекса), хотя по-прежнему преобладают оральные импульсы. Отношение к матери укрепляется. Идентификация с ней становится сильнее. Начинается новое развитие с точки зрения интеграции и синтеза. Ребенок любит и ненавидит, добро и зло сближаются и в качестве объекта выступает человек в целом. Эти процессы распространяются на внешние и внутренние объекты. Я побуждается к тому, чтобы уменьшить разрыв между внешними и внутренними объектами.

В результате этого сближения либидинозных и агрессивных побуждений происходит интенсификация конфликта с обостренными проявлениями страха и чувства вины. Амбивалентность переживается теперь во всем объекте. Деструктивные силы воспринимаются как большая опасность для любимого объекта. Возникает представление, что интроецированной матери нанесен ущерб и ей грозит уничтожение. Это приводит к еще большей идентификации с поврежденным объектом. В результате появляется тенденция к возмещению. Чтобы избежать депрессивного страха, включается маниакальная защита, осуществляемая через механизмы идеализации, отрицания, расщепления и контроля за внутренними и внешними объектами. Преодоление депрессивного страха достигается благодаря процессам сдерживания агрессии и возмещения.

 
 
Хотите разместить эту статью на своем сайте?


_________________
Психологические консультации в Москве. Здесь вам всегда помогут!


Вернуться к началу
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 



Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2


Реклама

Реклама


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:

 
 
 
 
 
 
Перейти:  
cron
 
Rambler's Top100
 
2006—2015 © PsyStatus.ru