Предыдущее посещение: Текущее время: 16 фев 2019, 04:50




Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: У меня биполярное расстройство...
СообщениеДобавлено: 18 июл 2015, 01:41 

Зарегистрирован: 26 май 2010, 20:16
Сообщения: 703
Откуда: Украина
«У меня биполярное расстройство»

Счастливое детство, успехи в школе, многообещающее будущее… У Марии, которой сейчас 34 года, все было именно так. Она заболела после того, как рассталась с первым возлюбленным. Пятнадцать лет она лавирует между «своей» реальностью и реальностью «как таковой», проживая свою, пусть и не совсем обычную, жизнь.

Изображение

«Мне было 19 лет, и я рассталась с тем, кого любила больше всего на свете. Весной 1996 года прошло почти семь месяцев после нашего разрыва, и я стала привыкать к мысли о том, что мы не будем вместе, и начала вновь общаться с друзьями. Но все же одновременно я чувствовала, что со мной что-то не так. Меня мучила бессонница, мысли перескакивали с одной на другую, так, что я не успевала их запомнить, и я постоянно говорила, говорила со всеми, кто оказывался рядом, и обо всем. Я без остановки размышляла вслух о том, что видела вокруг, о том, что приходило мне в голову, и ничего не могла с этим поделать. Ясно осознавая, что теряю почву под ногами, я пришла в районную поликлинику к неврологу. Врач вызвала скорую, и я оказалась в ужасной больнице в психиатрическом отделении. Смутно помню, что было дальше, но через два дня родители перевезли меня в платное отделение хорошей больницы.

В этом небольшом уютном и приветливом заведении мне объяснили, что я страдаю биполярным аффективным расстройством, или маниакально-депрессивным психозом. И что все будет хорошо, так как это заболевание можно лечить. Через две недели я была дома. Но ничего хорошего не происходило: я пила назначенные врачом стабилизаторы настроения, толстела из-за них и все время хотела спать. Так продолжалось несколько месяцев. Однажды я просто перестала принимать лекарство, никому не сказав об этом. Я вернулась к привычной жизни, восстановилась в институте, а спустя два года неожиданно умер дедушка. И все вернулось: я снова начала думать вслух, безостановочно говорить, все быстрее и быстрее. Родители отвезли меня в больницу, пока я окончательно не слетела с катушек.

:roll: Психиатр смог подобрать мне точную дозировку лекарства, и я вернулась к изучению филологии и к нормальной жизни. Хотя на самом деле мне нравилось быть не такой, как все. Родители, родственники и друзья нежно заботились обо мне. Может быть, поэтому мои вторжения на «территорию безумия» доставляли мне скорее удовольствие. Я исследовала ее с интересом и любопытством, словно осматривала чужую страну. Мне казалось, что я принадлежу к огромной семье проклятых людей искусства, таких как Камилла Клодель, Самуэль Беккет, Шарль Бодлер и многие другие. Мне это нравилось. Я спутала искусство и болезнь. Я думала, что она делает меня талантливой, такой, как они…

Мое состояние стабилизировалось на несколько лет. Я пила лекарства, закончила учебу и нашла работу, о которой мечтала. Я общалась с людьми искусства, каждый вечер куда-нибудь ходила. Началась взрослая жизнь и прекрасный роман с Егором, двоюродным братом моей подруги. Ему не нужно было объяснять, что со мной было, ведь он приходил навестить меня в больнице во время моих первых обострений… У меня все было хорошо. Я каждый месяц приходила к своему психиатру (он выписывал новый рецепт) и даже начала проходить психотерапию, но отказалась от этой идеи: я сменила трех терапевтов, все они казались мне очень странными.

:? Я практически забыла о своей болезни, но в 2004 году она вернулась. Я снова начала говорить, говорить, говорить. Слишком много: я рассказала одному из тех, с кем работала, о своих прошлых «срывах». Вскоре уже вся наша студия знала, что со мной не все в порядке. Мне пришлось переехать к родителям, чтобы не свалиться в болезнь окончательно. Я поссорилась с Егором, а спустя месяц в автокатастрофе погиб мой школьный друг. На похоронах я потеряла связь с реальностью: у меня было совершенно четкое ощущение, что я на корабле в разгар шторма. Это было прекрасно и пугающе. Я вернулась в больницу и только тогда начала понимать, что мои обострения приходят не сами по себе, они как-то связаны с тем, что происходит в моей жизни, с расставаниями, со смертью, с глубокой печалью, которую я чувствую в такие моменты.

На мое тридцатилетие мы с Егором поехали на Корсику, навестить его семью. Во время полета я была убеждена, что мы выжили после ужасной войны и выполняем миссию по спасению мира, но я никому не должна этого говорить. Выйдя из самолета, я увидела, что по аэропорту идет лошадь, и выбежала на середину бетонной площадки, чтобы защитить ее и принять на себя удар ракет. Меня снова положили в больницу, но выписали слишком рано, я все еще не обрела равновесия. Может быть, поэтому уже через неделю в Москве я бродила по огромному магазину, уверенная в том, что он принадлежит мне. В какой-то момент я выбросила кошелек, чтобы стать бедной и так блуждать по Москве. Егор нашел меня утром во дворе нашего дома – я играла с целлофановыми пакетами, которые меня просто заворожили – и отвез в больницу.

В следующие два года у меня было еще три серьезных обострения. Это было ужасно, больно, мучительно, изматывающе, но эти «приступы» наконец позволили мне начать понимать мою болезнь. У меня не бывает депрессивной фазы, только «маниакальная». Когда реальный мир оказывается слишком суров или слишком скучен, я непроизвольно скрываюсь в другом мире, где все в десять раз сильнее, все чрезмерно и абсолютно, и где я непобедима. У меня нет никакой власти над этими «срывами», но я проживаю их с четкой ясностью. Это приятное, захватывающее, поэтическое, сюрреалистическое ощущение, думаю, что в такие моменты у меня есть непосредственный доступ к своему бессознательному. Но это и опасно, поскольку одновременно я теряю чувство самосохранения. И, главное, я разрываю связь с реальностью и с теми, кто меня любит. Беда как раз в этой несовместимости реального мира и того, в котором я живу. Поэтому и возвращение к реальности всегда долгое и болезненное.

8-) Только спустя несколько лет я поняла, что не просто больна. Мне нужно найти равновесие между двумя Мариями: той, у которой все хорошо, и той, у которой случаются срывы… Помимо лекарств, без которых я не могу обойтись, я прошла настоящую психотерапию, чтобы выявить во всем этом хаосе какой-то смысл. Я поняла, что не смогу работать в большом коллективе, поэтому нашла работу с удаленным доступом. И я начала писать, вместо того, чтобы говорить себе о том, что я хотела бы писать. Я только что закончила свой первый роман. Мне действительно намного лучше. Настолько, что я чувствую себя готовой родить ребенка. Я думаю, что мать из меня получится немного не такая, как все, но вполне приемлемая. Мой прекрасный Егор, которого я люблю все больше и больше, настолько верит в меня и в нас, что готов на это решиться. Мой врач не против: мы сейчас переходим на лечение, совместимое с беременностью.

:) У меня уже два года не было обострений. Мне кажется, что я постепенно приближаюсь к самой себе, начинаю понимать, кто я есть на самом деле. Кроме того, мне все меньше нравится эта моя болезнь. Я надеюсь, что она оставит меня в покое. И может быть, даже навсегда – почему бы нет?»...

Изображение

Источник

 
 
Хотите разместить эту статью на своем сайте?



Вернуться к началу
Не в сети Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 



Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Реклама

Реклама


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:

 
 
 
 
 
 
Перейти:  
cron
 
Rambler's Top100
 
2006—2015 © PsyStatus.ru