Форум
Консультации

Здесь рассказывается о том, что такое психологическая помощь, какой она бывает и когда следует обращаться к специалистам.

О проекте «ПсиСтатус»

В этом разделе мы говорим о смысле и назначении проекта.

Контактная информация

Подробнее об авторах проекта. Адреса, телефоны, карта проезда.

Психоанализ М. Балинта. Вклад психоаналитика в процессе психоанализа

Исцеление в психоанализе

Исцеление означает для Балинта исследование, а исследование — исцеление, то и другое должны проникать друг в друга в психоаналитической ситуации. Установив, что «искалеченная способность к любви» многих его пациентов, их неспособность выносить большое напряжение, слабость их Я обусловлены бездушным воспитанием в раннем детстве, и узнав на собственном опыте, что этим пациентам можно помочь только в том случае, если в ходе аналитической работы удается «методом проб и ошибок начать заново любить»; и, сделав важное открытие, что это новое начало всегда направлено на объект, то есть возникает в рамках объектных отношений, в 1938 году в своей работе «Сила Я, педагогика Я и научение» Балинт задался вопросом, что представляет собой воспитание в рамках психоаналитической ситуации.

Поскольку пациент должен научиться любить, то есть выносить большое напряжение в своем Я, и, следовательно, развить сильное, устойчивое к перегрузкам Я, то это означает — раз он находится в фазах нового начала на ступени первичной любви, — что его первичный объект, аналитик, должен научить его любить, то есть методами воспитания развить у него более сильное Я. Однако Балинт категорически утверждал, что эту «педагогику Я», «являющуюся имманентной составной частью анализа», следует строго отличать от «педагогики Сверх-Я», которая означает «увещевание, руководство, морализирование и прежде всего оценивание». «Психоаналитическое лечение, несомненно, осуществляется не благодаря, а вопреки Сверх-Я, оно стремится сделать то, что стало ригидным, вновь эластичным, превратить автоматический «категорический императив» Сверх-Я в реалистичные суждения и действия Я, совершаемые по свободному выбору».

«Обучение, — подчеркивает Балинт, — означает, следовательно, не только интроекцию приказов и дальнейшее формирование и укрепление Сверх-Я; напротив, «обучение» означает «обретение опыта» в первоначальном смысле, то есть обогащение и развитие Я, стало быть, именно то, что уже с давних пор считалось настоящей целью психоаналитического лечения. Осознание бессознательного является лишь одним из аспектов аналитической терапии, другим аспектом является усиление Я». И это усиление Я, «то есть обучение переносить то, что прежде было вытеснено, строгое соблюдение правил аналитической ситуации, постоянный акцент на полной открытости, приучение к анализу, «обучение», то есть «узнавание» новых взаимосвязей и т.д. в любом случае являются общими элементами аналитической терапии, не зависящими от индивидуальной предыстории, формы болезни и т. д.».

Однако то, в какой мере аналитик должен заниматься «педагогикой Я», то есть воспитывать у своих пациентов более сильное Я, при разных формах болезни различается. При неврозе навязчивости и меланхолии, которые характеризуются «высокой степенью интроекции» и лишь «слабо катектированными объектными отношениями», аналитик «гораздо реже сталкивается с задачей заниматься, помимо прочего, усилением Я», тогда как при истерии или ипохондрии, а также в случае сексуальных расстройств и неврозов характера, при которых господствуют «сильно катектированные объектные отношения», такая работа необходима «почти всегда».

В 1968 году в своей книге «Терапевтические аспекты регрессии. Теория базисного дефекта» Балинт указывает на то, что, хотя существует согласие в том, «что аналитическая терапия, как правило, должна быть нацелена на усиление Я пациента», однако «представление о характере этого усиления и о техниках, позволяющих его достичь, по-прежнему остаются весьма неопределенными». Все, что мы знаем, можно, пожалуй, сформулировать следующим образом: «Должна быть усилена та часть Я, которая находится в ближайшем контакте с Оно, то есть та часть, которая способна испытывать удовольствие от удовлетворения влечений, выдерживать значительное увеличение напряжения, способна к проявлению заботы и внимания, может выдерживать и переносить неудовлетворенные влечения-желания и ненависть, проверять и учитывать внутреннюю и внешнюю реальность.

И наоборот, нет никакой необходимости в укреплении той части Я, которая не может и не смеет наслаждаться интенсивным удовлетворением влечений, которая должна защищать себя от любого увеличения эмоционального напряжения посредством отрицания, торможения, обращения в противоположность или создания реактивных образований, то есть ту часть, которая приспосабливается к внешней реальности и к требованиям Сверх-Я за счет внутренней реальности; ее власть, скорее, следует ограничивать. Вопрос о том, являются ли усиление Я и трансформация Сверх-Я лишь двумя сторонами одного и того же процесса или же это два более или менее самостоятельных процесса, до сих пор не был ни четко сформулирован, ни должным образом проработан».

В любом случае на процессы изменения Я и Сверх-Я «нельзя повлиять никаким другим способом, кроме как через перенос, то есть посредством объектных отношений». То, каким образом это происходит, «как удается проникнуть в столь глубокие психические слои и произвести там фундаментальные изменения... и какого рода объектные отношения для этого необходимы или насколько они должны быть сильны, чтобы осуществить эту задачу, также не нашло должного отражения в нашей литературе». Еще в 1932,1934,1935 и 1937 годах Балинт подробно описывал, что «ребенок в пациенте» может приобретать опыт и развиваться только в «преисполненных любовью объектных отношениях», в ситуации первичной любви, но то, при каких условиях человек может заново родиться в рамках психоаналитической ситуации и какую среду должен создать аналитик, чтобы этот человек сумел развить свою «истинную Самость», познать непрерывность себя самого и в присущей только ему форме и в своем собственном темпе приобрести личную психическую реальность и собственную схему тела», как позднее это сформулировал Винникотт — все это стало понятным для Балинта только в процессе более чем тридцатилетней совместной работы с пациентами, означавшей одновременно исследование и лечение.

В предыдущих своих рассуждениях я попыталась показать, какие открытия в этот период удалось сделать Балинту при исследовании межчеловеческих отношений, какие он выявил скрытые доселе факты, каким образом по мере углубления своего понимания самых ранних стадий развития отношений между двумя людьми менялись его представления о «первичной любви», каким образом в этой связи он разграничил две другие «первичные формы любви», «окнофилию» и «филобатизм», с одной стороны, и «первичную любовь» — с другой; я попыталась показать, что Балинт понимал под «уровнем базисного нарушения», а также «доброкачественной» и «злокачественной регрессией» и что, по его мнению, означает «активная любовь», до которой должны дорасти пациенты, впервые научившись любить, словно дети. Вслед за этим я попыталась в общих чертах описать наиболее важный вклад Балинта в технику психоанализа, при этом под техникой понимается поведение аналитика в психоаналитической ситуации; психоаналитик сам является техническим инструментом, который он должен стремиться совершенствовать на протяжение всей своей жизни.

Поскольку в своем описании «начала и нового начала» я уже упоминала важные разделы из книги Балинта «Терапевтические аспекты регрессии. Теория базисного дефекта», я бы хотела в заключение остановиться лишь на одной из тех идей Балинта, что содержатся в этой книге, а именно на том, что он понимает под «пропастью» между аналитиком и регрессировавшим пациентом, то есть «ребенком в пациенте», и каким образом, по его мнению, аналитик должен себя вести, чтобы эту пропасть преодолеть.

Если в психоаналитической ситуации аналитик допускает не только вербальные сообщения пациента, но и другие, то это неизбежно ведет к регрессии, поскольку язык тела всегда является более детской, более примитивной формой общения, чем более зрелая форма языка взрослых. Насколько далеко заходит эта регрессия, зависит от реакций аналитика, они определяют развивающуюся «атмосферу» лечения. Хотя «под воздействием психоанализа регрессируют все без исключения пациенты, то есть они становятся, словно дети, и переживают сильные примитивные чувства, которые направляются на аналитика; все это, разумеется, относится к так называемому переносу», но выйдет ли регрессия за эдипов уровень и распространится ли на уровень базисного дефекта, зависит не только от пациента, но и от аналитика, ибо регрессия «одновременно является интрапсихическим и интерперсональным феноменом, причем для аналитической терапии регрессировавших состояний интерперсональная сторона является более важной».

Хотите разместить эту статью на своем сайте?

Страницы: 1 2 3 4

Подписка на рассылку

Статьи по психологии

Пациентам:

О нас

Особенностью нашего подхода и нашей идеологией является ориентация на реальную помощь человеку. Мы хотим помогать клиенту (пациенту) а не просто "консультировать", "проводить психоанализ" или "заниматься психотерапией".

Как известно, каждый специалист имеет за плечами потенциал профессиональных знаний, навыков и умений, в которые он верит сам и предлагает поверить своему клиенту. Иногда, к сожалению, этот потенциал становится для клиента "прокрустовым ложем" в котором он чувствует себя, со всеми своими особенностями и симптомами, не уместным, не понятым, не нужным. Клиент,  даже, может почувствовать себя лишним на приеме у специалиста, который слишком увлечен собой и своими представлениями. Оказывать психологическую помощь или предлагать "психологические услуги" - это совсем разные вещи >>>

Карта форума

Страницы: 1 2 3

Москва, Неглинная ул., 29/14 стр. 3

Тел.: +7 (925) 517-96-97

Написать письмо

2006—2018 © PsyStatus.ru

Использование материалов сайта | Сотрудничество и реклама на сайте | Библиотека | Форум

Rambler's Top100