Форум
Консультации

Здесь рассказывается о том, что такое психологическая помощь, какой она бывает и когда следует обращаться к специалистам.

О проекте «ПсиСтатус»

В этом разделе мы говорим о смысле и назначении проекта.

Контактная информация

Подробнее об авторах проекта. Адреса, телефоны, карта проезда.

Современный психоанализ. Внутреннее чувство безопасности и его значение

Мы можем говорить об успешном характере акта сенсорной интеграции в том случае, если во время него Эго плавно и эффективно подчиняет возбуждение (под ним я подразумеваю стимуляцию из любого источника — как из Ид, так и из внешнего мира). Я считаю, что подобная успешная сенсорная интеграция не только сопровождается уменьшением тревоги, но и способствует появлению внутри Эго чувства, которое можно назвать чувством безопасности, или чувством защищенности. Мне хотелось бы подчеркнуть позитивный характер этого чувства (которое, естественно, необязательно носит сознательный характер). Это чувство так же относится к тревоге, как позитивное состояние насыщения и телесное удовлетворение — к инстинктивному напряжению. С генетической точки зрения его следует считать производной ранних переживаний напряжения и удовлетворения. Оно является чувством благополучия и носит Эго-синтонный характер. Оно представляет собой нечто большее, чем простое отсутствие тревоги, и обладает основным качеством живой материи, отличающим последнюю от неживой природы, — качеством чувства, являющимся противоположным аффекту тревоги (в некотором смысле диаметрально противоположным ему).

Это понятие «чувства безопасности» отличается от введенного Федерном понятия « чувство Эго», хотя между ними можно найти определенную связь. Чувство безопасности не связано a priori с границами Эго или с самосознанием: оно развивается на основе первичного нарциссического опыта в целом. В рудиментарной форме оно уже должно существовать в ранних переживаниях потребности в удовлетворении. Впоследствии оно, несомненно, связывается с психическим содержанием, с различными видами активности Эго и с различными структурами Эго, и мы можем постулировать существование сигналов безопасности точно так же, как и существование сигналов тревоги. Эти сигналы безопасности связаны с такими явлениями, как осознание своей защищенности (благодаря, например, ободряющему присутствию матери). Я говорю здесь лишь о простом внутреннем чувстве, сопоставимом с уровнем тонуса расслабленной мышцы и отличающимся от атонических чувств смерти и пустоты, так же как здоровая мышца отличается от мышцы, лишенной нервной чувствительности.

Я подчеркнул позитивный аспект этого чувства и то, что оно является устойчивой аффективной основой всего нашего опыта. Обычно оно поддерживается при помощи правильной и эффективной переработки Эго поступающего возбуждения. Со временем данный процесс принимает все более автоматический характер, но его активность при этом сохраняется. Во сне возбуждающие стимулы из любого источника могут быть изменены работой сновидения, и в этом смысле мы можем считать сновидение не только защитником сна, но и перцептивным механизмом, посредством которого в Эго поддерживается уровень чувства безопасности.

В любой момент мы спокойно обрабатываем и интегрируем результаты проникающих в нас со всех сторон стимулов, например стимулов, возникающих в проприоцепторах, которые дают нам бессознательную или предсознательную информацию о нашем положении. Это поступающее в Эго возбуждение носит организованный характер и подвергается переработке. Мы стремимся осознать его лишь в тех случаях, когда чувственные данные не соответствуют нашему опыту и ожиданиям (как, например, в ситуации, когда мы в темноте попадаем ногой в яму). В этих случаях мы испытываем мгновенную травму, а наше чувство безопасности уменьшается. Наш чувственный опыт, как правило, находится в гармонии с нашими ожиданиями, основой которых служит наша психическая модель внешнего мира, а также в гармонии с нашими психическими схемами и системами координат, и наш опыт совпадает с нашими ожиданиями '.
Уровень безопасности могут снизить травма, опасность и тревога из любого источника. Предпринимая действие, приводящее к уменьшению тревоги, Эго, по-видимому, одновременно повышает уровень чувства безопасности. В результате мы делаем важный теоретический шаг, который, я надеюсь, надежно подкрепляется нашим опытом. Наряду с непосредственной защитной активностью в целях уменьшения тревоги Эго пытается любыми имеющимися в его распоряжении способами сбалансировать ее при помощи повышения уровня чувства безопасности. Наиболее подходящими способами укрепления чувства безопасности являются изменение и контроль восприятия, и теперь мне хотелось бы описать некоторые методы их применения.

Классификация этих методов контроля над восприятием сама по себе является интересной темой, но я хочу здесь сказать лишь о том, что эти методы изменения восприятия можно свести к двум основным типам (хотя мы, естественно, можем классифицировать их по-разному), — к методам, связанным с изменением перцептивных процессов внутри Эго (то есть с изменением возбуждения, прошедшего внешний защитный барьер), и к методам, связанным с преднамеренной и целенаправленной поведенческой манипуляцией внешним миром, в результате которой органы чувств подвергаются стимуляции иного характера.

В первой «Лекции Эрнеста Джонса» (Adrian 1946) профессор Адриан высказал мнение, имеющее отношение к нашему обсуждению, так как из него можно сделать вывод о том, что границы между моторным поведением и чувственным опытом не существует. Он предположил, что импульс, связанный с конкретной частью поведения, представляет собой паттерн нервной деятельности мозга, который отменяется после того, как в мозг поступает соответствующий набор сигналов из моторного аппарата. Моторный акт контролируется посредством сопоставления поступающих ощущений с паттерном нервного возбуждения, и это вызывает определенную поведенческую реакцию. Мы можем описать этот процесс психологическими терминами: когда восприятие моторной деятельности соответствует катектированному влечением образу этой деятельности, происходит соответствующее уменьшение напряжения. Следовательно, простой акт соответствующей моторной деятельности может сам по себе укрепить чувство безопасности лишь в силу того, что он является соответствующим, то есть поступающее в Эго возбуждение плавно трансформируется бессознательным или предсознательным образом. С этой точки зрения страх перед потерей двигательного контроля и чувство безнадежности от порабощения стимуляцией похожи друг на друга больше, чем это кажется на первый взгляд.

Мне не хотелось бы сейчас углубляться во множество методов, посредством которых Эго контролирует восприятие и укрепляет свое чувство безопасности. Диапазон этих методов исключительно многообразен: к ним относятся методы от простых сенсомоторных регулировок до механизмов, подробно описанных Анной Фрейд в книге «Эго и механизмы защиты» (1936), таких, как отвержение и ограничение Эго. Мне хотелось бы особенно обратить ваше внимание на доклад мисс Фрейд на Амстердамском конгрессе (Freud 1951) под названием «Негативизм и эмоциональная капитуляция», в котором она высказала предположение, что некоторые формы негативизма предназначены для защиты от угрозы первичной идентификации с объектом любви и представляют собой «регрессивный шаг, подразумевающий угрозу для целостности Эго...

Индивид опасается этой регрессии в виде растворения личности и потери рассудка и защищается от нее полным отвержением всех объектов (негативизмом)». Это, конечно же, одна из форм защиты при помощи контроля над восприятием, которые мы сейчас обсуждаем, и мы понимаем, что «угроза целостности Эго» — это уменьшение чувства безопасности и переживания тревоги ввиду опасности поглощенности травмой.

Еще один метод повышения уровня чувства безопасности, находящийся в распоряжении Эго, — это гиперкатексис некоторых источников стимуляции, ведущий к безопасному восприятию. Этот гиперкатексис касается большинства форм поведения, которое мы называем регрессивным, таких нормальных явлений, как переходные объекты и талисманы, и особенно поразительным образом проявляется в некоторых случаях психозов. Я также имею здесь в виду странные позы и стереотипные движения, обнаруживаемые при некоторых формах шизофрении, и мы, наверное, можем отнести сюда и такие явления, как эхолалия и эхопраксия. Эти явления можно считать, по крайней мере частично, попытками повысить уровень чувства безопасности посредством приобретения безопасного источника стабильных перцепций, соответствующих целостным объектным, вещественным и двигательным представлениям во фрагментированном психотическом Эго. Эти перцепции способствуют повышению уровня чувства безопасности посредством гиперкатексиса остаточной, но безопасной перцепции.

За последнее время появились данные, свидетельствующие о том, что шизофренический дефект предполагает значительное непосредственное нарушение восприятия. В связи с этим я думаю, что мы сможем понять значение наиболее странного и регрессивного поведения больных шизофренией, если примем точку зрения, суть которой состоит в том, что подобное поведение представляет собой отчаянную попытку отыскать «островок» для безопасного восприятия. На тех, кто знаком с тем, как страдающие психозами дети хватают свои вещи, прячут их по углам или под одеялом и выполняют стереотипные движения, несомненно, произведет впечатление паника, в которую впадали эти дети в ситуациях, когда был затронут источник их безопасных перцепций (например, при насильственном удержании ребенка от выполнения повторяющегося движения).

В некоторых случаях кататонии единственным источником безопасности подобного рода может стать постоянство восприятия, которое достигается при помощи полной неподвижности. В связи с этим мне хотелось бы упомянуть о замечательном исследовании расстройств Эго при хронической шизофрении, проведенном Фримэном и его коллегами в Глазго, и, в частности, о недавней статье Чепмэна, Фримэна и Макги (Chapman et al. 1959). В своей статье они описывают некоторые реакции и комментарии пациента, страдающего кататонией. Пациент образно описывал, какие громадные усилия он вынужден прикладывать, чтобы сохранить безопасные источники восприятия.

Приведем цитату из этой статьи: «Он был в состоянии двигаться лишь после осознания ряда психических образов своего тела». Затем авторы пишут: «Выполнение любого движения, не учитывавшего этого связанного с моторным актом процесса, возбуждало у пациента сильный страх». Другие авторы описывали похожие реакции страдающих кататонией пациентов, поэтому напрашивается вывод о том, что у этих пациентов главный дефект Эго заключается в нарушении их способности к эффективной автоматической организации своего чувственного опыта в восприятии.

Теперь мне хотелось бы высказать следующее предположение: в приведенных выше описаниях мы можем обнаружить явление, которое можно назвать принципом безопасности. Он является лишь отражением того факта, что Эго посредством развития и контроля интеграционных процессов в самом себе (прежде всего при помощи восприятия) делает все возможное для поддержания минимального уровня чувства безопасности (которое я назвал Эго-синтонным). В этом смысле можно сказать, что восприятие находится на службе принципа безопасности. Поэтому знакомые и неизменные вещи в среде ребенка могут иметь для него особое аффективное значение из-за того, что они легче всего воспринимаются.

В обыденной жизни мы говорим по этому поводу, что эти вещи известны ребенку или знакомы ему. Постоянное присутствие знакомых вещей облегчает ребенку поддержание минимального уровня своего чувства безопасности. Данный процесс вовсе необязательно будет идентичным либидинозному катексису объектов в качестве источников инстинктивного удовлетворения, хотя на практике бывает очень трудно отличить один процесс от другого. Главным мотивационным фактором поведения всегда остаются инстинктивные влечения, и, несмотря на то, что я, используя аналогию Фрейда, описал только небольшую часть всадника, это не означает, что лошади не существует.

Джозеф Сэндлер

Хотите разместить эту статью на своем сайте?

Страницы: 1 2

Подписка на рассылку

Статьи по психологии

Пациентам:

О нас

Особенностью нашего подхода и нашей идеологией является ориентация на реальную помощь человеку. Мы хотим помогать клиенту (пациенту) а не просто "консультировать", "проводить психоанализ" или "заниматься психотерапией".

Как известно, каждый специалист имеет за плечами потенциал профессиональных знаний, навыков и умений, в которые он верит сам и предлагает поверить своему клиенту. Иногда, к сожалению, этот потенциал становится для клиента "прокрустовым ложем" в котором он чувствует себя, со всеми своими особенностями и симптомами, не уместным, не понятым, не нужным. Клиент,  даже, может почувствовать себя лишним на приеме у специалиста, который слишком увлечен собой и своими представлениями. Оказывать психологическую помощь или предлагать "психологические услуги" - это совсем разные вещи >>>

Сообщения форума

Карта форума

Страницы: 1 2 3

Москва, Неглинная ул., 29/14 стр. 3

Тел.: +7 (925) 517-96-97

Написать письмо

2006—2018 © PsyStatus.ru

Использование материалов сайта | Сотрудничество и реклама на сайте | Библиотека | Форум

Rambler's Top100